Пак Вансо. Очень одинокий человек

Очень одинокий человек

Все выпускные церемонии, которые она видела, проходили в ужасно холодную пору. В том числе церемонии окончания всех ступеней школы сына и дочери. Все воспоминания о них объединял лютый холод. Но самой студеной среди всех оказалась церемония окончания сельской начальной школы, когда она, сидя на отапливаемом полу казенной квартиры, слышала только голос школьного директора. В деревне всегда бывало холоднее на три-четыре градуса — настолько же холоднее было плохо одетым сельским детям в отличие от городских ребят. Но директор школы, несмотря на погоду, совершенно не жалел их и заставлял в честь выпускного больше получаса сидеть на полу. Каждый год он говорил одни и те же слова. За долгое время его громкий лающий голос совершенно не изменился. О чем же думали дети, слушая его и стуча замерзшими ногами об пол? Она так злилась на директора, что иной раз даже была готова его убить. Этот голос был так же невыносим, как и холод. Она пробовала затыкать уши, мотать головой, но все было бесполезно. Когда ее замерзшие ноги совсем окоченели, а кипящий гнев стал смиренно остывать, речь директора закончилась. Она почувствовала сильное отвращение к тому, что живет в казенной квартире.

Директором школы был ее муж.

Это была первая выпускная церемония во второй половине года. Она слышала, что ее называют «Церемония астры», но поздняя жара все еще была слишком сильной для того, чтобы подул хоть какой-то ветерок, необходимый для появления этих нежных цветов.

В светлом и просторном кафе с названием «Паваротти» из-за кондиционера было холодно, словно в другом мире. Неожиданно прохладный воздух нежно сдул с нее летнюю жару, снял ее, как кожицу с ошпаренного помидора. Все официанты были в плотно облегающей черной униформе. Откровенно вырисовывавшиеся фигуры выглядели невинными и стройными — тела мальчиков, а не молодых парней. Такую униформу называют унисекс? Все официанты были молодыми людьми. Не определишь с первого взгляда — парень это или девушка. Их лица как на подбор даже без макияжа были белыми и красивыми. У кого-то чистые и прямые волосы были собраны в пучок на затылке, у кого-то была просто аккуратная короткая стрижка. Свободные жакеты, слегка накинутые на плечи, вместе со строгими брюками выглядели несерьезно. У нее внезапно возникло сильное желание слегка погладить ягодицы и бедра бесполых молодых официантов. Ей казалось, что они будут холодными и твердыми, как лед. Но если официант вдруг окажется парнем, такое действие может быть воспринято

как сексуальное домогательство с ее стороны. Она затрепетала от жгучего желания, которое расцветало, как горячий цветок. По замерзшему телу пробежали мурашки.

Сколько лет прошло с тех пор, как она испытывала подобное странное чувство? Казалось, будто это случилось впервые. Она несколько раз слышала, что пожилым людям не стоит ходить в кафе в университетском городке. Оно не было тайным или злачным местом, и в нем настолько тихо, что сосед за столиком мог расслышать ваш разговор. Здесь царила прекрасная, здоровая и приятная атмосфера. Виолончель звучала еле слышно. Если что-то здесь и бросалось в глаза, так это черная униформа официантов. Муж должен был прийти еще не скоро, и все это время она нервничала из-за его деревенского вида, который совершенно не вписывался в идеальный и элегантный, на ее взгляд, интерьер кафе.

Место для встречи с мужем — кафе «Паваротти» — выбрала их дочь Чэ Чжон. Еще когда она заканчивала университет, родители уже жили раздельно. В тот день она договорилась с мужем, приезжавшим в назначенный день из деревни, встретиться возле церемониального зала рядом со статуей первого ректора университета. Но статуй в том учебном заведении было много, и муж, не проверив, с довольным видом уселся возле первого попавшемуся ему на глаза памятника.

Тот день был особенным: Чэ Чжон собиралась впервые встретиться с семьей своего парня, с которым они уже давно были вместе, и познакомить их со своими родными. Но только к концу церемонии вручения дипломов, после долгих метаний по университету, дочь с трудом нашла отца. А увидев его, была огорчена его по-деревенски неряшливым видом.

При вспоминании об этом дне негодование и обида комом застревали в горле. Она страдала из-за того, что их семье нечего противопоставить семье жениха, с которой они собирались породниться. Неясная тревога расстраивала ее еще сильнее. Уже после того, как больше половины гостей, пришедших поздравить молодых со знаменательным днем, отбыли, она подумала: лучше бы с трудом найденный муж вообще не нашелся. В тот холодный день он был в коротких штанах, без пальто и в одной потрепанной и бесформенной из-за неправильной стирки куртке, измазанной какой-то краской. Видимо, он совершенно не беспокоился о новых родственниках, потому и выглядел столь отвратительно. Глядя на отца, Чэ Чжон шепнула на ухо матери: «Мне кажется, отец специально пришел, одевшись как нищий, потому что ненавидит нас». Все, что ей не нравилось в повседневной жизни, дочь связывала с абстрактным нищим. Это была очень плохая привычка, но тогда это было оправданно. Она подумала, что если бы рядом не было родственников жениха дочери, то тоже сказала бы мужу пару резких слов.

Продолжение в книге...

Купить книгу:  https://hyperion-book.ru/product/пак-вансо-очень-одинокий-человек/